Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Ви антисемит?

По поводу задержаний за убийство Бузины

По поводу задержаний за убийство Бузины в Anarchy and other shit.

Не буду играться в диванного следователя, отмечу просто интересные факты:
— Мэнсона (красивое прозвище, да) обвиняют в убийстве Бузины, но не в убийстве Калашникова. Я изначально был склонен рассматривать эти убийства по-отдельности, любопытно, если подтвердится версия о том, что у них были разные заказчики и разные исполнители. Очень любопытно будет увидеть, кто же потянется за ним следом.
— надо иметь ввиду, что С14 — это в прошлом самая влиятельная в Киеве «уличная» группа ультраправых, которая как-то изменила род деятельности с началом АТО, а сейчас опять возвращается на сцену, вытесняя, среди прочего, Правый Сектор и распространяя своё влияние на его актив.
— риторика защитников подозреваемого напоминает риторику защитников Тихонова и Хасис. Я ни в коем случае не сравниваю убийства Маркелова и Бузины — несопоставимые фигуры, но как раз фигуры защитников кажутся очень похожими. Одновременно озвучиваются две позиции: «нет-нет, они не убивали, это менты патриотов подставили, патриоты в АТО боролись и коррупцию разоблачали, а менты подло в спину их ударили» и «герои ликвидировали украинофоба и правильно сделали, бандеровский атентат, героям слава, за такое надо не судить, а премию давать». Причем можно услышать первое и второе из уст одного и того же человека, они действительно не ощущают противоречия. Должен сказать, что подобное не добавляет защите убедительности.
— из этого эпизода и из многих других (в частности, арест бойцов «Торнадо») можно сделать вывод, что кард бланш на насилие ультраправые не получили. Они были пробивной силой на Майдане в январе — к февралю же аполитичная самооборона в несколько раз превышала их по численности и по значимости. То же самое сейчас в вооруженных силах. Весной 2014 добровольцы (среди которых было много правых) были значительной силой. Сейчас же большая часть военных задач решается благодаря ВСУ, да и среди добровольцев и волонтеров ультраправые не составляют большинство. Наносимый ими вред (как репутационный, так и тактический — именно правые батальоны часто позволяют себе не подчиняться приказам, нарушать перемирие и т.д.) превышает пользу. Украинскую власть можно обвинить много в чем, но её нельзя обвинить в нелогичности. А это значит, что «репрессии против патриотов», немного переоценивших свою роль в новой Украине, продолжатся.
— мне интересно, каким образом сторонники теории «фашистской хунты в Украине» смогут дальше обосновывать свои фантазии. Предполагаю, что единственный путь — наращивание градуса абсурда и истерики, иначе «хунта» как-то не склеивается.

Не могу удержаться от смешной картинки для привлечения внимания.
Manson-01-350
manson


Комментировать
В категории: Политика, теги: Бузина, Калашников, убийство, ультраправые

Подписка: RSS, твиттер: @shiitman

Ви антисемит?

О войне и мире в Украине, тезисно

О войне и мире в Украине, тезисно в Anarchy and other shit.

Для того, чтобы всерьез говорить о путях достижения мира на Востоке Украины, следует понимать, что войны происходят не из-за ненависти. И вообще из-за эмоций. Да, ненависть может давать подпитку солдатам, ненависть может помогать мобилизоваться людям в тылу (путем истощения психических ресурсов, само-собой, но это другой вопрос).
Но ненависть никогда не создаёт войн. С её помощью можно устроить погром, можно устроить резню. Но не войну.

Война — это, в первую очередь, крайне сложный технический процесс, требующий подготовки и планирования. Лишь сравнительно небольшая часть военной машины — это люди убивающие других людей. Основная часть войны — это инфраструктура, это логистика, это снабжение. Солдатам нужно есть, спать, их нужно одевать, технике нужен горючее. Весь этот сложный и взаимосвязанный механизм запускает отнюдь не ненависть и останавливает его отнюдь не любовь.

  • Для того, чтобы говорить о мире на Востоке Украины, нужно честно ответить для себя, ЧТО начало эту войну, какие цели преследовали эти люди, каких целей они достигли, а каких нет.
  • У войны есть две причины. Причина первая — попытка удержания власти старыми элитами из Партии Регионов. Эта попытка полностью провалилась. Вторая причина — российская интервенция, путь для которой был открыт благодаря коллаборационизму старых элит.
  • Можно обвинять украинскую сторону во многих грехах — это и неспособность эффективно задавить войну в зародыше, это и недостаточная работа с прифронтовыми и оккупированными территориями, это и ошибки артиллерии, которые заставили многих мирных жителей возненавидеть украинскую армию. Но обвинить украинскую сторону в намеренной эскалации войны — нельзя.
    • Небольшое важное отступление в сторону. «Воинственность» Украины часто обосновывается благодаря ложной симметрии Майдана и Антимайдана. Дескать, на Майдане тоже были вооруженные люди и захваты админ. зданий, но их никто не давил танками. Получается, что Янукович мягче и добрее, чем Порошенко (на самом деле АТО началась при Турчинове, но кто об этом вспоминает?).
      Ответ очень простой: Майдан не начинался с насилия. Насилие было ответом на действия полиции. «Оружие» было кустарным, даже огнестрел, который присутствовал в феврале 2004 — по большей части это были охотничьи ружья.
      Антимайдан же начинался именно с насилия и ничего кроме насилия не предполагал. В нем с самого начала участвовали бывшие украинские силовики (в первую очередь, менты, Беркут, СБУ), боявшие наказаний за свои преступления. Насилие Майдана (при всех происходивших там перегибах) всегда было ответным, насилие Антимайдана было первичным.
    • К тому же, на Востоке, благодаря участию местных элит, были захвачены не «отдельные здания», а вся инфраструктура. Первые действия новоиспеченных «республик» (еще до введения в обиход терминов ЛНР, ДНР и «Новороссия») — это избиения неугодных, пытки, убийства. Нужно ли освобождать заложников, когда террористы держат большую часть из них живыми, а примерно одну сотую часть бьют и пытают? Представьте, что от вашего решения что-то зависит и попробуйте ответить на этот вопрос сами для себя.
    • АТО было бы закончено год назад, если бы в августе 2014 Россия не вмешалась в полную силу в происходящее. Любой «миротворец», который не осуждает это вмешательство и не говорит о нем как об основной причине войны — по определению не имеет никакого отношения к «миру». Уход России — необходимое и достаточное условие для прекращения войны и налаживания жизни на Донбассе. Не «примирение», не «диалог», не «преодоление ненависти», не вся эта морализаторская муть. Просто надо чтобы Россия перестала посылать сюда людей и оружие — и войны не будет. Для того, чтобы мясорубка перестала перемалывать людей в фарш — её не надо поливать слезами, не надо произносить пафосных речей — достаточно перестать крутить ручку. За мир можно бороться, оказывая давление на российскую сторону, бороться «за мир» требуя его от Киева — лицемерие. Не от Киева зависит, будет ли в Украине мир.
  • Если эскалация войны произошла благодаря России, то почему? Что ей было нужно?
    России не нужна аннексия Донбасса. Проблемный регион с убыточными шахтами, добывающими уголь, который из-за технических особенностей интересен на внутриукраинском, но не на мировом рынке. Донбасс — это не Крым (который тоже создал России огромные проблемы). Это регион в несколько раз больший чем Крым, полноценная интеграция которого добила бы экономику России. Тот факт, что Россия не заинтересована в индустриальных мощностях Донбасса подтверждается тем, что предприятия сейчас демонтируются и увозятся буквально на металлолом. Индустрия на оккупированных территориях практически уничтожена.
  • России не нужна «Новороссия» от Харькова до Одессы. Описанные выше проблемы в таком случае умножились бы во много раз. Да, сухопутный проход к Крыму — это неплохо, но для этого удерживать под контролем несколько областей — это неподъемная задача.
  • России нужна лояльная Украина находящаяся в её зоне влияния. Для того, чтобы Украина стала лояльной — она должна страдать. От неё должен отвернуться запад. И режим сменится на пророссийский, потому что других реалистичных путей (сотрудничество с Западом или сотрудничество с РФ) для решения экономических проблем у Украины попросту нет. Есть, конечно, вариант построения эдакого «украинского чучхе» (нищего, тоталитарного и экономически-независимого), но это скорее из области фантастики, Украина — не КНДР. Кстати, России не важно кто приползет к ней на коленях: будет это отчаявшийся режим Порошенко, вернувшиеся из экзила наследники Януковича или ультраправая хунта, стоящая на «евроскептических» позициях.
  • Для того, чтобы Украина страдала, война должна продолжаться. России не выгоден мир. Не выгодно ей и прямое вторжение. Она берет измором, надеясь, что Украина сломается раньше.
  • Украине выгодно окончание войны, но у неё нет никаких рычагов для того, чтобы её окончить. Даже независимость «ЛНР и ДНР» (читай: предательство адекватной части местного населения) не будет решением, поскольку России не нужно ЛНР и ДНР. Их независимость станет плацдармом для «дальнейшего освобождения Донбасса», а потом для «воссоединения Новороссии». И так далее, пока киевский президент не поцелует туфлю московского.
  • Украина не сможет освободить Донбасс сейчас стремительным наступлением. Нет ресурсов. Обороняться может, наступать — нет. Россия неизбежно сорвет Минские Соглашения и для России было бы выгодно, если украинская сторона сделает это за неё. Потому что борьба во многом ведется вокруг тех самых санкций. Вокруг помощи Запада (или отказа помогать).
  • С другой стороны, запас прочности России тоже на исходе. Дада, потому что санкции. Потому что нефть. «Искандеры» что-то больше не смеются. Бравада и уверенность в своих силах  уступает место злобе загнанной в угол крысы. Война будет закончена, когда в России случится дворцовый переворот из-за того, что крупный капитал терят огромные деньги из-за аферы в Донбассе. Или же её экономика окончательно коллапсирует и вся страна падает в кровавый хаос.
    • Именно поэтому, призыв к хорошим людям уезжать из России не лишен смысла, я к нему всецело присоединяюсь. Если, конечно, хорошие люди в грядущем хаосе не планируют вспарывать животы работникам ФСБ и «Центра Э», ФСКН и ФСИН, Роскомнадзора и РПЦ и вешать их на их собственных кишках — в таком случае оставайтесь, конечно, дело полезное. Но берегите себя.


      Комментировать
      В категории: Политика, теги: Война, мир, Россия, Украина

      Подписка: RSS, твиттер: @shiitman

Ви антисемит?

О силе русского оружия

О силе русского оружия в Anarchy and other shit.

Я наконец-то понял, что напоминают мне вот эти гордые рассуждения русских патриотов на тему: “за сутки наши танки будут в Киеве, а за двое суток в Праге”.

Представьте себе взрослого здорового мужика (предположим, бывшего борца или боксера-любителя, который потихоньку спивается, спортивную форму уже растерял, но еще без проблем может задавить нетренированного человека массой). Мужик этот выпивает в компании (выпивает он постоянно) и основная тема для застольных разговоров у него – то, как он может любому из присутствующих шею свернуть, или почки отбить. Собственно, он только об этом и может рассказывать, больше предметов для гордости у него нет, он смутно это понимает и от этого его тяга к насилию становится сильнее. Кроме отбитых почек он еще может с энтузиазмом говорить о “пидорах” и “жидах”. Но и эти темы у него всё равно гармонично смыкаются с основной: “а тут точно пидоров нет? а то я ж если узнаю, шо пидор, то хребет вытащу и в жопу тебе затолкаю, гагагага. да не обижайся, еба, ты ж нормальный пацан”.

Будущее этого мужика зависит от того с кем он выпивает. Некоторые люди послушают-послушают, а потом, когда “русский богатырь” отойдет поссать, подойдут тихонько сзади и ткнут ножиком под ребро. Другие поёжатся от ощущения угрозы, попытаются по-быстрому из-за стола уйти и больше никогда с этим человеком не пить и никаких дел не иметь. Если у него есть жена, скорее всего он будет её бить, а соседям и участковому рассказывать, что “она сама упала”, “да не трогал я пальцем”, “да если б я ударил, так вообще убил бы нахуй, я ж сказал, упала!”. Вероятно, рано или поздно “танки окажутся в Киеве” и мужик всё-таки пришьет какого-то собутыльника, скорее всего родственника или соседа, или жену, если та не успеет сбежать. Потому что все остальные, кроме самых близких, приближаться к нему лишний раз не будут. Через какое-то время менты обнаружат героя пьющим водку в обнимку с разлагающимся телом и отправят на зону. Надолго. Там ему, скорее всего, придется очень поспешно искать какой-то новый способ коммуникации с окружающими, иначе его будущее окажется очень незавидным состоящим, преимущественно, из боли и унижения. Впрочем оно в любом случае будет незавидным.

Примерно такие сценарии развития есть сейчас у России. “Можем повторить”, “ядерный пепел”, “вежливые люди”. Сразу представляю себе злое бормотание пьянчуги. Из его рта разит перегаром и смертью. В первую очередь, его собственной.
slonov


Комментировать
В категории: Политика, теги: военные эксперты, милитаризм, Россия

Подписка: RSS, твиттер: @shiitman

Ви антисемит?

Русская война - о книге Аркадия Бабченко

Русская война - о книге Аркадия Бабченко в Anarchy and other shit.

Прочел книгу “Война” Аркадия Бабченко, любезно присланную представителями издательства, и выкладываю свои впечатления о ней. Кстати, если вы автор или работник издательства, и хотите, чтобы я написал про какую-то потенциально интересную мне книгу, можете мне её присылать и я с удовольствием напишу. Коммерческих текстов я в своём блоге не публикую, но написать отзыв на книгу – это совмещение приятного с полезным.</a>

voina Книга Аркадия Бабченко имеет название на двух языках, на русском и чеченском. “Война” и “тlом”. Поэтому, открывая её, я ожидал, что автор попытается осмыслить национальное измерение Чеченских войн, что он попытается рассмотреть этот конфликт между Империей и мятежной провинцией со всех сторон. Но нет. “Война” – это очень российская, даже очень русская книга. В ней нет места для чеченцев.

Конечно же, чеченцы, вернее “чехи” присутствуют на страницах книги Бабченко. Но они не являются её главными героями, они не являются даже главными злодеями. Они постоянно присутствуют в качестве фоновых декораций. Иногда они обстреливают позиции российских войск из миноментов, иногда ведут снайперйский огонь. Они отрезают головы пленным, они вспарывают животы солдатами душат их кишками, они распинают и кастрируют русских и их самих кастрируют целыми сёлами во время зачисток. Иногда мирные жители торгуют с солдатами, покупая у них патроны и продавая взамен анашу. А иногда мирные жители, старики и подростки, убивают русских солдат, ножом по горлу или пулей в затылок. Но всё это не оживляет чеченские образы, не добавляет им субъектности. В книге Бабченко нет чеченцев как личностей. Нет ни положительных чеченцев, ни отрицательных, все они смазаны, словно бы далекие фигуры в перекрестье прицела, и автор отстреливается от них них словами вслепую, не желая смотреть в глаза.

Главные и единственные герои книги – это русские солдаты. Можно было бы сказать российские, но нет, я сознательно говорю “русские”, потому что это не было войной многонационального российского народа, это было войной русских, пусть в армии и воевали люди многих других национальностей, от еврея до дагестанца. Я сказал “герои”, но, конечно же, в книге нет героев, есть исключительно антигерои, иногда превращающиеся в злодеев, между ними нет четкой грани. Не берусь судить что было самым страшным на войне, которую я видел по телевизору в детстве, но самое страшное в книге – не перерезанные глотки и не конечности, оторванные снарядами, самое страшное – это дедовщина, жестокость командования, и абсолютное безразличие государства к своим солдатам. Главный герой и его собратья по несчастью постоянно страдают то от голода, то от дизентерии, они седеют в 18 лет, у них гниют ноги, и самое главное, их бьют. Их бьют деды и дембеля, их бьют офицеры, их бьют, чтобы унизить, бьют, чтобы сломать, бьют, чтобы вынудить платить деньги, бьют просто так, ради удовольствия, бьют из мести, если те попытаются дать сдачи, бьют, потому что те не могут дать сдачи. Их бьют в тылу и их бьют на передовой. Описание жестокости чеченцев воспринимается примерно так же как описание природного катаклизма, но оно не возмущает, оно не вызывает страха или гнева. Ведь глупо возмущаться грозе или урагану, глупо винить в чем-то молнию или начатый ей лесной пожар. От стихийного бедствия можно скрываться, с ним можно бороться (причем любыми средствами), но к нему нельзя применить какие-то этические критерии.

А вот то, что делают русские солдаты (даже не с дегуманизированными врагами, а друг с другом!), действительно пробуждает эмоции. Читая описание избиений и унижений, невольно ждешь и надеешься, что главный герой возьмёт в руки автомат и начнет в конце-то концов убивать “своих”. Понятно, что он этого не сделает, ведь роман во многом носит автобиографический характер, но всё равно теплится надежда, что лирический герой сделает то, что следовало бы сделать и предпочтет ужасный конец ужасу без конца. Но нет, он выбирает второе. И я искренне не могу понять и объяснить этот выбор.

Бабченко пишет, что они, молодые парни, сражались там не с “чехами”, они сражались со злом и несправедливостью этого мира. В этом, наверное, самая страшная трагедия той войны и многих других войн: сражаясь против “зла и несправедливости” они на самом деле многократно приумножали его. Я далек от толстовщины и гандизма и я верю в то, что противостояние злу насилием иногда – единственный выход. Но персонажи книги не противостоят злу. Они стреляют не в ту сторону. Они не противостояли системе, посылавшей им смерть и унижения, а встраивались в неё, становясь частью той машины, которая  давила  их и помогали ей давить других. Те, кого избивали, начинают бить сами. Те, кто страдал от голода, вызванного воровством снабженцев, воруют сами. Солдаты продают врагу оружие, которое используется против их товарищей в бою и этим занимаются все, от рядового до генерала. Отличаются лишь масштабы.

Наверное, все ожидают каких-то сравнений Чеченской войны, описанной Бабченко, с тем, что происходит сейчас в Украине. Но я пока что не бывал в зоне АТО, а пока я не видел изнанку фронта своими глазами, я не буду ничего противопоставлять или сравнивать. Зато я могу сравнить события книги Бабченко с тем, что уже видел своими глазами. Тюрьма во многом похожа на армию: закрытый иерархический мужской коллектив людей лишенных свободы.

Так вот, в тюрьме в ходу такой термин как “людское”. Слово говорит само за себя, “людской” ход – это порядки, которые позволяют заключенным худо-бедно сосуществовать, выживать, в чем-то противостоять администрации. А есть ход “мусорской”, порядки навязанные администрацией. Есть еще такое слово как “гадство”, им обозначают то, что идёт против людского хода, то, что причиняет неприятности другим заключенным. А есть “блядство” – прямая работа на тюремную администрацию, которая сразу выводит уличенного в нем зека из приличного общества. Гадство тоже порицается и пресекается, иногда очень жестоко. Так вот, бить или унижать другого арестанта – это гадский поступок. Нельзя драться, нельзя избивать кого-то_ физическое насилие может быть разве что наказанием, оно должно быть пропорциональным и оно должно санкционироваться блатными. Нельзя ломать жизнь, нельзя увечить или опускать (и тем более насиловать), кроме исключительных ситуаций, которые проговариваются авторитетными зеками. Это, конечно же, не защищает на сто процентов от беспредела, это не защищает и от психологического насилия, но вот описанные у Бабченко ежедневные избиения были бы в тюрьме немыслимы (разве что в “красной” тюрьме с безраздельной властью ментов).

В армии, описанной Бабченко, “людское” иногда проскальзывает (например, когда солдаты делятся друг с другом ворованными конфетами и сгущенкой или жареным собачьим ребром), но его мало. Зато гадство и блядство там царят безраздельно, причём в какой-то совершенно немыслимой форме. Общаясь со старыми зеками, я выслушал достаточно много жутких историй, самые жуткие касались порядков на зонах для несовершеннолетних, но, пожалуй, даже они не сравнятся с тем, что описывает Бабченко в качестве армейских будней.

Масштабы дедовщины, и те формы, которые она принимала, нельзя объяснить ни особенностями закрытого мужского коллектива, ни влиянием криминального элемента, ни близостью смерти. Их нельзя объяснить и тем более оправдать ничем, в книге даже не даётся попытки найти эти объяснения, чудовищная традиция принимается как норма. Удивляет фатализм главного героя (и автора, чьим альтер эго он является): даже имея возможность вырваться из ужаса, он вновь, практически добровольно возвращается туда. И это не получается объяснить ничем: ни патриотизмом (это слово в контексте книги можно упоминать разве что со злым сарказмом), ни ответственностью (ответственность плохо уживается с продажей патронов врагу), ни желанием помочь товарищам (гораздо большей помощью было бы остаться и всеми способами вытаскивать их оттуда, а не идти вместе на бойню). Это что-то иррациональное. Воля к смерти и воля к жизни, благородство и предательство слитые в странную необъяснимую смесь.

Закончу тем, с чем начал. Аркадий Бабченко описывает не русско-чеченскую войну, а русскую войну, войну русских против самих себя, какую-то форму жестокого суицида, губительного не только для самоубийцы, но и для всех кто его окружает. Но нам, невольно примеряя на себя шкуру главного героя, важно понимать, что чеченцы не были безмолвными статистами, они не были манекенами, способными лишь убивать и умирать. Это живые люди с чувствами, эмоциями и желаниями, люди, которые воевали, погибали, ожесточались, теряли близких и друзей, изгонялись из своих домов, люди, чей мир рушился до основания. И для того, чтобы понимать ту войну, для того чтобы понимать то, что происходило в Чечне тогда и что происходит в Чечне сегодня, нужно услышать их голоса тоже, нужно попытаться влезть и в их шкуру.

“Война” – это ценное и, наверное, правдивое свидетельство, книга, которую стоит прочесть. Книга “тlом” тоже должна быть когда-то написана, но другим автором, автором, находившимся по противоположную линию фронта и имеющим свою правду.


Комментировать
В категории: Общество, теги: Аркадий Бабченко, Война, книги, Чечня

Подписка: RSS, твиттер: @shiitman

Ви антисемит?

Русская война - о книге Аркадия Бабченко

Русская война - о книге Аркадия Бабченко в Anarchy and other shit.

Прочел книгу “Война” Аркадия Бабченко, любезно присланную представителями издательства, и выкладываю свои впечатления о ней. Кстати, если вы автор или работник издательства, и хотите, чтобы я написал про какую-то потенциально интересную мне книгу, можете мне её присылать и я с удовольствием напишу. Коммерческих текстов я в своём блоге не публикую, но написать отзыв на книгу – это совмещение приятного с полезным.</a>

voina Книга Аркадия Бабченко имеет название на двух языках, на русском и чеченском. “Война” и “тlом”. Поэтому, открывая её, я ожидал, что автор попытается осмыслить национальное измерение Чеченских войн, что он попытается рассмотреть этот конфликт между Империей и мятежной провинцией со всех сторон. Но нет. “Война” – это очень российская, даже очень русская книга. В ней нет места для чеченцев.

Конечно же, чеченцы, вернее “чехи” присутствуют на страницах книги Бабченко. Но они не являются её главными героями, они не являются даже главными злодеями. Они постоянно присутствуют в качестве фоновых декораций. Иногда они обстреливают позиции российских войск из миноментов, иногда ведут снайперйский огонь. Они отрезают головы пленным, они вспарывают животы солдатами душат их кишками, они распинают и кастрируют русских и их самих кастрируют целыми сёлами во время зачисток. Иногда мирные жители торгуют с солдатами, покупая у них патроны и продавая взамен анашу. А иногда мирные жители, старики и подростки, убивают русских солдат, ножом по горлу или пулей в затылок. Но всё это не оживляет чеченские образы, не добавляет им субъектности. В книге Бабченко нет чеченцев как личностей. Нет ни положительных чеченцев, ни отрицательных, все они смазаны, словно бы далекие фигуры в перекрестье прицела, и автор отстреливается от них них словами вслепую, не желая смотреть в глаза.

Главные и единственные герои книги – это русские солдаты. Можно было бы сказать российские, но нет, я сознательно говорю “русские”, потому что это не было войной многонационального российского народа, это было войной русских, пусть в армии и воевали люди многих других национальностей, от еврея до дагестанца. Я сказал “герои”, но, конечно же, в книге нет героев, есть исключительно антигерои, иногда превращающиеся в злодеев, между ними нет четкой грани. Не берусь судить что было самым страшным на войне, которую я видел по телевизору в детстве, но самое страшное в книге – не перерезанные глотки и не конечности, оторванные снарядами, самое страшное – это дедовщина, жестокость командования, и абсолютное безразличие государства к своим солдатам. Главный герой и его собратья по несчастью постоянно страдают то от голода, то от дизентерии, они седеют в 18 лет, у них гниют ноги, и самое главное, их бьют. Их бьют деды и дембеля, их бьют офицеры, их бьют, чтобы унизить, бьют, чтобы сломать, бьют, чтобы вынудить платить деньги, бьют просто так, ради удовольствия, бьют из мести, если те попытаются дать сдачи, бьют, потому что те не могут дать сдачи. Их бьют в тылу и их бьют на передовой. Описание жестокости чеченцев воспринимается примерно так же как описание природного катаклизма, но оно не возмущает, оно не вызывает страха или гнева. Ведь глупо возмущаться грозе или урагану, глупо винить в чем-то молнию или начатый ей лесной пожар. От стихийного бедствия можно скрываться, с ним можно бороться (причем любыми средствами), но к нему нельзя применить какие-то этические критерии.

А вот то, что делают русские солдаты (даже не с дегуманизированными врагами, а друг с другом!), действительно пробуждает эмоции. Читая описание избиений и унижений, невольно ждешь и надеешься, что главный герой возьмёт в руки автомат и начнет в конце-то концов убивать “своих”. Понятно, что он этого не сделает, ведь роман во многом носит автобиографический характер, но всё равно теплится надежда, что лирический герой сделает то, что следовало бы сделать и предпочтет ужасный конец ужасу без конца. Но нет, он выбирает второе. И я искренне не могу понять и объяснить этот выбор.

Бабченко пишет, что они, молодые парни, сражались там не с “чехами”, они сражались со злом и несправедливостью этого мира. В этом, наверное, самая страшная трагедия той войны и многих других войн: сражаясь против “зла и несправедливости” они на самом деле многократно приумножали его. Я далек от толстовщины и гандизма и я верю в то, что противостояние злу насилием иногда – единственный выход. Но персонажи книги не противостоят злу. Они стреляют не в ту сторону. Они не противостояли системе, посылавшей им смерть и унижения, а встраивались в неё, становясь частью той машины, которая  давила  их и помогали ей давить других. Те, кого избивали, начинают бить сами. Те, кто страдал от голода, вызванного воровством снабженцев, воруют сами. Солдаты продают врагу оружие, которое используется против их товарищей в бою и этим занимаются все, от рядового до генерала. Отличаются лишь масштабы.

Наверное, все ожидают каких-то сравнений Чеченской войны, описанной Бабченко, с тем, что происходит сейчас в Украине. Но я пока что не бывал в зоне АТО, а пока я не видел изнанку фронта своими глазами, я не буду ничего противопоставлять или сравнивать. Зато я могу сравнить события книги Бабченко с тем, что уже видел своими глазами. Тюрьма во многом похожа на армию: закрытый иерархический мужской коллектив людей лишенных свободы.

Так вот, в тюрьме в ходу такой термин как “людское”. Слово говорит само за себя, “людской” ход – это порядки, которые позволяют заключенным худо-бедно сосуществовать, выживать, в чем-то противостоять администрации. А есть ход “мусорской”, порядки навязанные администрацией. Есть еще такое слово как “гадство”, им обозначают то, что идёт против людского хода, то, что причиняет неприятности другим заключенным. А есть “блядство” – прямая работа на тюремную администрацию, которая сразу выводит уличенного в нем зека из приличного общества. Гадство тоже порицается и пресекается, иногда очень жестоко. Так вот, бить или унижать другого арестанта – это гадский поступок. Нельзя драться, нельзя избивать кого-то_ физическое насилие может быть разве что наказанием, оно должно быть пропорциональным и оно должно санкционироваться блатными. Нельзя ломать жизнь, нельзя увечить или опускать (и тем более насиловать), кроме исключительных ситуаций, которые проговариваются авторитетными зеками. Это, конечно же, не защищает на сто процентов от беспредела, это не защищает и от психологического насилия, но вот описанные у Бабченко ежедневные избиения были бы в тюрьме немыслимы (разве что в “красной” тюрьме с безраздельной властью ментов).

В армии, описанной Бабченко, “людское” иногда проскальзывает (например, когда солдаты делятся друг с другом ворованными конфетами и сгущенкой или жареным собачьим ребром), но его мало. Зато гадство и блядство там царят безраздельно, причём в какой-то совершенно немыслимой форме. Общаясь со старыми зеками, я выслушал достаточно много жутких историй, самые жуткие касались порядков на зонах для несовершеннолетних, но, пожалуй, даже они не сравнятся с тем, что описывает Бабченко в качестве армейских будней.

Масштабы дедовщины, и те формы, которые она принимала, нельзя объяснить ни особенностями закрытого мужского коллектива, ни влиянием криминального элемента, ни близостью смерти. Их нельзя объяснить и тем более оправдать ничем, в книге даже не даётся попытки найти эти объяснения, чудовищная традиция принимается как норма. Удивляет фатализм главного героя (и автора, чьим альтер эго он является): даже имея возможность вырваться из ужаса, он вновь, практически добровольно возвращается туда. И это не получается объяснить ничем: ни патриотизмом (это слово в контексте книги можно упоминать разве что со злым сарказмом), ни ответственностью (ответственность плохо уживается с продажей патронов врагу), ни желанием помочь товарищам (гораздо большей помощью было бы остаться и всеми способами вытаскивать их оттуда, а не идти вместе на бойню). Это что-то иррациональное. Воля к смерти и воля к жизни, благородство и предательство слитые в странную необъяснимую смесь.

Закончу тем, с чем начал. Аркадий Бабченко описывает не русско-чеченскую войну, а русскую войну, войну русских против самих себя, какую-то форму жестокого суицида, губительного не только для самоубийцы, но и для всех кто его окружает. Но нам, невольно примеряя на себя шкуру главного героя, важно понимать, что чеченцы не были безмолвными статистами, они не были манекенами, способными лишь убивать и умирать. Это живые люди с чувствами, эмоциями и желаниями, люди, которые воевали, погибали, ожесточались, теряли близких и друзей, изгонялись из своих домов, люди, чей мир рушился до основания. И для того, чтобы понимать ту войну, для того чтобы понимать то, что происходило в Чечне тогда и что происходит в Чечне сегодня, нужно услышать их голоса тоже, нужно попытаться влезть и в их шкуру.

“Война” – это ценное и, наверное, правдивое свидетельство, книга, которую стоит прочесть. Книга “тlом” тоже должна быть когда-то написана, но другим автором, автором, находившимся по противоположную линию фронта и имеющим свою правду.


Комментировать
В категории: Общество, теги: Аркадий Бабченко, Война, книги, Чечня

Подписка: RSS, твиттер: @shiitman

Ви антисемит?

Путь политрука

Путь политрука в Anarchy and other shit.

Сталинисты скорбят. Во время артобстрела был убит Всеволод Петровский, один из представителей “коммунистического крыла” в бригаде Мозгового. Не рядовой боец, а политический работник, до войны – профессиональный журналист известный. Не без его участия был создан миф о “практически левом Мозговом”.

Многие украинские левые, в том числе читатели этого блога, знают Петровского достаточно давно, ещё с до-ДНРовских времен. Когда-то, по его собственным словам, “анархист”, потом член Боротьбы, покинувший её в марте 2014. В интервью данном незадолго до смерти он рассказывал, что “с 2010 года исповедовал пророссийские взгляды”. Но либо Всеволод лукавил во время интервью, стремясь понравиться своим новым соратникам, либо очень хорошо обманывал окружающих несколько лет до этого. На фоне боротьбистского мейнстрима Петровский как раз выглядел вполне адекватным и еще  в феврале 2014 критиковал пророссийскую риторику однопартийцев. Один из немногих в Боротьбе он выступил против законов 16-го января. То есть, казался странным, но приличным человеком, насколько вообще может быть приличным член гнусной и лживой, но тогда ещё не запятнанной кровью пост-сталинистской секты. Когда он 19-го марта покидал партию, со стороны казалось, что он делает это как раз именно чтобы отмежеваться от пророссийского крена (некоторые бывшие соратники, в частности, Алексей Албу, несколько месяцев спустя прославившийся призывом “прятаться в доме профсоюзов”, обвиняли его тогда в “предательстве” и “трусости”).

Из архива сливов  внутренней рассылки Б-бы:

Воспринимаю этот поступок как низкий и подлый по отношению ко всем товарищам.
***
Прошу Всеволода не считать меня своим товарищем. И никакие аргументы про “внешние факторы” или ещё что-то там – я не воспринимаю. Просто человек оказался слаб.

 

Тот факт, что Петровский в итоге оказался в “ополчении” ДНР лично меня удивил. Некоторые его куда более “милитантные” однопартийцы предпочитают фантазировать о “красном терроре” сидя в Крыму и стреляя из пальца в сторону монитора. Петровский же никогда кровожадностью (по крайней мере на словах) не отличался. Можно строить предположения о том, что именно его туда привело, но все они останутся лишь предположениями. Его собственные слова доверия не вызывают (на фоне лжи о “пророссийской позиции с 2010″). Что было на самом деле: кого-то из близких задело во время бомбежки, поверил в возможность “левого” поворота в ДНР или просто не смог стоять в стороне от текущих вокруг потоков крови и захотел окунуться, чтобы в старости было что вспомнить – гадать уже бесполезно. Но когда, после паузы, Петровский вернулся в соцсети, это был уже другой человек. От былой взвешенности и “адекватности” не осталось следа. Он клеймил “укропов”, воспевал Новороссию, грозил карами врагам, ждал, когда же его пустят на передовую. Его пустили на передовую. Иногда мечты сбываются.

Можно было бы сочувствовать судьбе “наивного идеалиста”, если бы не одна маленькая деталь. Петровский, повторюсь, был не просто солдатом, он был идеологом, он отвечал за политическую и идейную прокачку бойцов. Пропагандист, человек, вдохновляющий людей сражаться. А “практически левый” Мозговой примечателен не только тем, что любит демагогию о “народовластии” и “борьбе с олигархами”, и не только тем, что наряду с ряжеными казаками-черносотенцами разрешают формировать свои боевые группы ряженым “коммунистам”. Мозговой использует солдат-детей. Это не скрывается, несовершеннолетние “ополченцы” раздают интервью и “новороссийские” СМИ радостно их публикуют. Сам Петровский открещивался от использования детей на передовой и утверждал, что им не дают им оружия (хотя в соцсетях они позируют с автоматами, и в некоторых интервью гордо заявляют о
том как им выдали оружие), подтверждения их участия в боях в составе “Призрака” в открытом доступе сейчас нет, но даже их наличие в штабах и использование на технических должностях – достаточное преступление. Хотя вот, тот самый подросток с автоматом скорбит о “своем друге Севе”. То есть, Петровский лично общался с несовершеннолетними солдатами и не знать о наличии у них оружия не мог.

Дети-солдаты – одно из самых подлых и отвратительных явлений в войнах. Безусловно, у кого-то может возникнуть желание провести параллели с “Молодой Гвардией”, но тут куда более уместна параллель с другим эпизодом Второй Мировой – 1945 год, новобранцы из гитлерюгенда, которых ополоумевшие нацистские лидеры бросали под наступавшие советские танки. Обманутые подростки, многие из которых нашли бессмысленную и жестокую смерть. Но даже нацисты использовали детей как последний резерв – “ополчение Новороссии” не стесняется использовать молодое пушечное мясо даже несмотря на постоянные пополнения из России.

Так вот, “наивный идеалист Всеволод Петровский” был политработником и агитатором. А это значит, что он призывал в “ополчение” и подставлял под обстрелы в том числе и детей. Возможно, что снаряд выпущенный украинскими артиллеристами, сохранит жизни нескольким восторженным подросткам. Теперь они не услышат лживую смесь из псевдо-левой риторики и “донбасского патриотизма”, которой Всеволод Петровский потчевал свою аудиторию, и не пойдут на убой.

Надо добавить, что те, кто сначала привёл Петровского в Боротьбу, а потом вдохновил его на участие в бойне во имя “русского мира” и памятника Ленину, на передовую не рвутся и под обстрел не попадут. Они поедут на очередной форум в Германию, Испанию или Швецию, где расскажут сердобольным европейским сталинистам об погибшем герое и получат от расчувствовавшихся “левых” тупиц денег на “антифашистскую борьбу”. А потом у них будет фуршет.

137 листовка времен советского вторжения в Финляндию. 1939 год

 


Комментировать
В категории: Политика, теги: Боротьба, ДНР, Мозговой, Петровский, сталинисты

Подписка: RSS, твиттер: @shiitman

Ви антисемит?

Про Коцабу

Про Коцабу в Anarchy and other shit.

- Выступление против цензуры и политических репрессий отнюдь не подразумевает солидарности с позицией, которую озвучивает жертва репрессий. Глупость не должна быть уголовно наказуемой, но это не повод соглашаться с глупостью.
– Обратное тоже верно: даже если репрессируемый говорит глупые и вредные вещи – это не может оправдать преследования в его адрес.
– Дело против Коцабы на первый взгляд напоминает пробу сил репрессивного аппарата. Выбрана достаточно заметная жертва, но, в то же время и не имеющая большого числа сторонников и особенного влияния. В Киеве сидит множество персонажей, зовущих туда “армию Новороссии”, но их СБУ сажать даже не пытается: реального вреда от них режима никакого (как, собственно, и от Коцабы). Объяснить возбуждение уголовного дела можно желанием властей прощупать общественное мнение: можно ли под предлогом “государственной измены” посадить человека с нейтральной позицией (во время российского вторжения глупо быть нейтральным, но, повторюсь, глупость – не может и не должна быть уголовным преступлением).
– То, как в Украине сейчас осуществляется мобилизация – это, в любом случае, дикость. Понятно, что переход с призывной армии на профессиональную не осуществляется “на ходу” во время войны и процесс этот надо было начать многие годы назад (помню, кстати, что украинские сталинисты, которые сегодня изображают “пацифизм”, года эдак три назад активно выступали против отмены призыва). Если загонять в армию, особенно в воюющую армию, угрозами репрессий – это неизбежно обернется вооруженным дезертирством. Украине не нужны свои Валерии Пермяковы, участие в боевых действиях может быть лишь сознательным выбором вменяемого человека.
– Тот факт, что беркутовцы, убивавшие на Майдане людей продолжают службу во внутренних органах бахвалятся тем, что “им ничего не было” и имеют протекцию от МВД, деморализует куда больше, чем чей-то там видеоблог.
– Уже после написания вот этого мне на глаза попался очень любопытный факт: http://pressa.if.ua/1909-ruslan-kocaba-otrimav-status-posla-dnr-na-prikarpatt.html
Обратите внимание, новость от 23-го января. Т.е., если верить этой заметке, уже после того, как ДНРовцы начали своё наступление, “пацифист” Коцаба принял карикатурный статус “посла ДНР в Прикарпатье”. Если его не подставили, такой факт действительно имел место и опровержений не последует – всякий интерес к судьбе Коцабы у меня пропадает. Одно дело искренняя и наивная пацифистская пропаганда, а совсем другое – “пацифистская пропаганда” в исполнении “посла ДНР”. В первом случае Коцаба заслуживает поддержки из уважения к принципу свободы слова, во втором не заслуживает ничего.


Комментировать
В категории: Политика, теги: Война, ДНР, журналист, Коцаба, репрессии, Украина

Подписка: RSS, твиттер: @shiitman

Ви антисемит?

Прощупывание дна

Прощупывание дна в Anarchy and other shit.

medal Уголовное дело против Светланы Давыдовой – это ещё очень показательное событие. За последние годы таких переломных событий в России было множество. Уничтожение старого НТВ. Разгром НБП и уголовные дела против нацболов (сейчас они стояли лоялистами, это другой вопрос, но маховик политических репрессий тестировали именно на них). Создание карикатурных “Идущих вместе”, а вслед за ним “Наших”, которые получили достаточно кровавое продолжение. Уголовное дело против Саввы Терентьева (“сжигать неверных ментов на Стефановской Площади), первые шаги по уничтожению свободы интернета. Запреты/разгоны митингов, которые из исключения стали универсальным правилом. Это создание центра “Э”. Это убийство Червочкина. Это массовые аресты на антифа концертах. Это дело Мохнаткина. Это дело Пусси Райот, дело 6-го мая, это “закон об иностранных агентах”. Это “закон о пропаганде гомосексуализма” и вообще весь мизулинско-милоновский крестовый поход против секса с Ириной Бергсет в официальных СМИ – всё это позволило официальной риторике властей выйти на новый уровень абсурда. Некоторые из этих звоночков пугали, некоторые не воспринимались всерьёз, но все они, так или иначе, указывали на сокращение свободы. Это уголовные дела против Навального (как бы мы к фигуре Навального не относились), это запрет оппозиционных СМИ Роскомнадзором. Официальное создание “Антимайдана”, который теперь уже открыто обещает убивать оппозиционеров.

Предыстория дела Давыдовой достаточно абсурдна: женщина ещё в апреле 2014 года якобы слышит разговор в маршрутке, какой-то военный жалуется, что его отправляют воевать в Украину. Военная часть недалеко от неё пустеет (ей, по крайней мере так кажется), она звонит в украинское посольство и сообщает об этом. Спустя более чем восемь месяцев её арестовывают за государственную измену и шпионаж. Огромное количество людей, от писателя Лимонова, который призывает показательно наказать мать семи детей, чтобы неповадно было, до писателя Быкова, который женщине сочувствует и наказания ей не желает, но высокоморально порицает “предательство Родины” и отмежевывается от него, то есть действительно СЧИТАЕТ ДАВЫДОВУ ВИНОВНОЙ.

Абсурдно само обвинение. Россия официально отрицает, что воюет с Украиной, следовательно никаких военных она отправлять не должна, и скрывать ей нечего. Если завтра кто-то из России позвонит в американское посольство и скажет, что Россия замышляет метеоритную бомбардировку Вашингтона, будет ли это изменой Родины? Если кто-то позвонит в посольство Франции и скажет, что русские облучают весь Париж специальными зомбирующими волнами – будет ли это изменой Родине? А если позвонить в посольство Китая, и сказать, что Путин копает туда подземный ход из Кремля? Достаточно сложно это себе представить. Можно выдать ту государственную тайну, которая реальна. Следовательно, если Россия желает наказать Давыдову, значит повод был. Значит Россия признаёт факт военной агрессии и участия своих военнослужащих в конфликте в Украине. Такая вот нехитрая логическая “вилка”: или Давыдова не могла совершить преступления (и тогда спецслужбы заведомо опозорились), или Россия прямо и чётко признаёт себя военным агрессором, ведущим боевые действия против соседней страны. Тогда да, уголовное дело о “военной тайне” получит законное право на существование, только вот сама Россия это право потеряет.

Тот факт, что огромное количество людей (в том числе бывших оппозиционеров, бывших левых и т.д.) не в состоянии установить эту простую логическую связь, показывает, что это еще не конец. Россия дружно выполняет завет одного православного публициста: “Если надо для святого дела – будем врать всей страной”. А это значит, что дно не достигнуто. Погружение продолжается.


Комментировать
В категории: Общество, Политика, теги: дно, измена Родине, Россия, Светлана Давыдова

Подписка: RSS, твиттер: @shiitman

Ви антисемит?

Об убийстве и акциях протеста в Армении

Об убийстве и акциях протеста в Армении в Anarchy and other shit.

В Армении прошли массовые протестные выступления, спровоцированные убийством семьи, которое совершил русский солдат Валерий Пермяков, которого требуют выдать армянскому правосудию. Нужно немного понимать армянскую политическую специфику. Антироссийские выступления там – это нечто из ряда вон выходящее. В последнее время антипутинские акции там подавляются гораздо более жестко, чем акции против собственного правительства. Даже армянские националисты, в большинстве своём, не рискуют высказываться против России.  Если украинский, грузинский, беларуский национализмы, так или иначе, несут в себе антиколониальную составляющую, то армянский национализм больше сосредоточен на противостоянии Азербайджану, Россия же воспринимается как неизбежное и необходимое зло. Так что тысячи людей на антироссийских акциях – это из ряда вон выходящее событие. Очень может быть, что невзирая на уголовные дела против некоторых участников, эти акции – не последние.

Россия давно и успешно шантажирует Армению. Во первых армянский президент – коррупционер и мелкий диктатор (не дотягивает до уровня Лукашенко или Назарбаева, скорее напоминает облегченную версию Януковича до кровавой стадии). Он засиделся на своем посту, и с него пойдет либо в тюрьму, либо на виселицу. Цивилизованный мир с ним дружить не будет, остается Путин, отсюда и вступление во всякие “евразийские” афёры.

Вторая причина – международная изоляция. Никаких дипломатических отношений и закрытая граница с Турцией, с Азербайджаном – незавершенный военный конфликт, который от перехода в острую фазу спасает лишь присутствие русского “миротворческого” контингента. Вернее сказать так: убрав свой миротворческий контингент Россия сделает всё, чтобы конфликт перешел в острую фазу, благо наработок в этой области множество.

Зависимость от России присутствует и политическая, и экономическая, и военная, перевесить их могла бы лишь целенаправленная и очень серьезная помощь со стороны Запада. Но Западу не особо интересно помогать Армении.

Россия усиливает  зависимость всеми способами. Например, она оказывает  поддержку Азербайджану, обучая местных военных специалистов. Таким образом, удаётся держать под контролем весь регион. Грузия смогла вырваться, противопоставив себя России, Армения такого шанса не имеет, если только она отвернется от “большого брата” – её ударит в спину другой брат, поменьше. Нужно ещё понимать, что Армения – страна маленькая, и если война в Донбассе – страшная катастрофа для четверти страны, но остальная Украина живёт более-менее мирно, то новая война в Карабахе была бы катастрофой для всей Армении и бежать было бы некуда.

Политическое и военное доминирование России принимает совсем уж запредельные формы и проявляется не только в большой политике, но, как мы видим, и на бытовом уровне. Пермяков – не первый русский солдат, убивавший мирных людей просто так, ради развлечения, аналогичный случай уже был около 15 лет назад и тогда убийц так и не выдали армянской стороне, их “судили” на территории России и дальнейшая их судьба неизвестна. Сколько менее резонансных преступлений совершают “миротворцы” на регулярной основе – статистика умалчивает.

Я не эксперт по кавказским вопросам, с азербайджано-армянскими отношениями крайне поверхностно, но, с моей дилетантской точки зрения – единственный шанс на выход из под колониального влияния России для обеих стран – это примирение друг с другом. Даже если для этого придется свергать оба правительства. В противном случае им от “миротворцев”-убийц не избавиться.

Почитайте вот материал на Нигилисте от товарища глубже владеющего темой, там с регулярными обновлениями.


Комментировать
В категории: Политика, теги: Азербайджан, Армения, армия, Россия

Подписка: RSS, твиттер: @shiitman