Детства моего чистые глазенки

Впервые я твердо решил уничтожить мир в десятилетнем возрасте. Не захватить (у меня никогда не было ни малейшей жажды власти), а именно уничтожить. Разумеется, это был не первый мой опыт в этой сфере, кое-какие деструктивные планы имелись и ранее, но окончательно идея выкристаллизовалась лишь после прочтения рассказа Роберта Шекли "Доктор Вампир и его мохнатые друзья". Главный герой этого произведения - ученый, задавшийся целью отомстить человеческой расе за все ее преступления против природы. Для этого он вывел идеального зверя: гибрид волка, крысы и росомахи, унаследовавший все лучшее от каждого из предков (силу и размеры волка, жестокостьи хитрость росомахи, плодовитость и приспособляемость крысы). В итоге, правда, звери погибли от пневмонии, а их создателя арестовали за "жестокое обращение с животными и открытие скотобойни на дому".
Образ Доктора Вампира оказал большое влияние на мой слабый детский ум. Я решил пойти по его стопам. Волков и росомах под рукой не было, в ту пору у меня жили хомяк по имени Сеня и собака Филимон. Я хорошо понимал, что они ни при каких обстоятельствах не будут скрещиваться между собой, и явно не подходят на роль прародителей Сверхзверя. Но, помимо хомяка и собаки в моей квартире в изобилии жили и другие домашние животные. Практически все обитатели многоквартирных домов знакомы с этими милыми существами. Как самые догадливые из вас уже поняли, речь идет о тараканах. Да, да, об обычных тараканах. Именно их я и решил избрать в качестве исходного сырья для разработки биологического оружия массового уничтожения.
Надо заметить, что к выведению Сверхтаракана меня подтолкнул не только Шекли. В ту пору мне на глаза попался сборник русской фантастики "Музей человека", в котором был опубликован один из ранних рассказов Виктора Шендеровича: "Из последней щели". Рассказ, повествовавший о нелегкой тараканьей доле задел какие-то глубинные струны в моей душе. Я возжелал справедливости. Нет, правильнее сказать Справедливости с большой буквы. Тараканы должны были наконец-то отомстить за всех своих невинно утопленных, раздавленных и сожженых в Неиллюзорном Пламени Газовой Комфорки собратьев.

Сверхтаракан, по моему тогдашнему мнению должен обладать следующими качествами:
1) Полная устойчивость ко всем известным ядам для насекомых.
2) Хладоустойчивость (что особенно важно для захвата бескрайних просторов Сибири).
3) Способность переносить слабые разряды электрического тока (незаменима при выведении из строя электроприборов).
4) Прочность панциря.
5) Мощные челюсти.
6) Развитый интеллект.

Всего я планировал вывести три основных разновидност: крупных тараканов-бойцов, способных атаковать людей (заползая им в ухо или в нос), диверсантов-камикадзе, уничтожающих электроприборы изнутри, и летающих тараканов, которые стаями будут опускаться на пляжи, колхозные поля, оживленные улицы и сеять повюду смерть, страх, панику и разрушение.
Для того, чтобы сделать подопытных ядоустойчивыми, я решил по чуть-чуть подмешивать им в еду тараканью отраву. Поначалу в незначительной концентрации, потом – в большей. Чтобы насекомые были нечувствительны к сибирским морозам, они подлежали помещению в холодильник. Привыкание к холоду тоже должно было идти постепенно: от нижней полки и вплоть до морозильной камеры. В бутылку, где обитали тараканы, я планировал по чуть-чуть наливать соленую воду и подключать батарейки. Сначала 1,5, потом 3 вольта и так вплоть до «Кроны». Панцирь и челюсти имело смысл развивать с помощью особой, богатой кальцием, диеты, а впоследствии – с использованием специальных упражнений (суть которых я в ту пору еще не до конца продумал).
Самым сложным было развитие интеллекта и дрессировка. Я обложился книгами по зоопсихологии (или вернее сказать тем, что я в ту пору считал книгами по зоопсихологии) и принялся их штудировать. В итоге была выработана сложная система тестов, призванных выявлять тараканью интеллектуальную элиту...
Человечество было обречено. Спасла его лишь несознательность подопытных: пожив недельку в бутылке, тараканы разбежались. С гордостью могу сказать, что все они содержались в комфорте и довольстве. Ни один из них не погиб, невзирая на «Машеньку», Raid и борную кислоту.
После этого я охладел к насекомым, да и ко всем хордовым, и всерьез задумался о выведении хищной биомассы. Сосед, работавший в морге, как раз принес домой списанный микроскоп. Под этим микроскопом я намеревался пересадить хламидомонаде несколько генов, взятых у амебы (все это должно было быть сделано вручную, скальпелем и пинцетом). Для стимуляции роста, получившийся гибрид растения и животного стоило подвергнуть сильному радиоактивному излучению. Идея провалилась, я так и не смог поймать хламидомонаду. После этого на биологических исследованиях был поставлен крест.
А тараканов мы потом пять лет не могли вытравить. Ничем. Только лишь после нашего отъезда в Германию они куда-то делись. Заскучали, наверное...

И напоследок небольшой призыв:
РОДИТЕЛИ! ЕСЛИ ВЫ НЕ ХОТИТЕ ЗАВТРА ПРОСНУТЬСЯ СРЕДИ ПЫЛАЮЩИХ РУИН, ВНИМАТЕЛЬНО СЛЕДИТЕ ЗА ТЕМ, ЧТО ЧИТАЮТ ВАШИ ДЕТИ СЕГОДНЯ!